Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК

В семь часов вечера большой колокол собора Парижской богоматери прозвонил «Гашение огней», и старый город на острове между двух рукавов Сены погрузился в темноту.

Еще целый час мелькали огни на правом берегу. Но уже прекратились работы в мастерских, и детишек посылали за вином и горчицей к ужину. Ровно в восемь часов раздался звон в правобережных церквах, и все огни погасли. Правый берег – город дворцов, мастерских и рынков – приготовился ко сну.

Но на левом – университетском – берегу, колокол Сорбонны зазвонит только в девять часов. И улица Сен-Жак, старинная римская дорога, главная ось Латинского квартала, и Пропащая улица, и улица Горы Святой Женевьевы, и Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК улица Студентов, густо усеянная грязной соломой, и Мощеная улица, которую прозвали «Мощенная колбасками», потому что и булыжников на ней не видать за множеством нечистот, и улица Бань к востоку от улицы Двух ворот, названной так потому, что на ночь расположенная здесь Сорбонна запиралась с двух сторон, и все остальные улицы еще кишели толпами студентов, гудели голосами, смехом, криком и проклятиями. И под чьим-то окном молодой студент, прижав к груди четырехструнную лютню, склонив голову к левому плечу, пел:

Не гневайся, что я молчу,

Лишь плачем долг тебе плачу!

Нет силы выразить речами,

Как очарован я очами Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК,

Чей блеск от зада и до плеч

Пронзил меня, как острый меч,

И я…

Струны пронзительно взвизгнули и оборвались, завились спиралями, когда проходивший мимо студент выхватил лютню из рук певца и трахнул его по голове.

Еще целый час оставался, чтобы успеть закончить все дела, драки и развлечения.

Катерина – прачка с улицы Прачек – вышла из дому. Одной рукой она поддерживала на голове узелок с бельем, другую уперла в бок и пошла, не обращая внимания на задиравших ее встречных студентов. Дойдя до жилища своего заказчика, она толкнула ногой незапертую дверь, поднялась по шаткой лестнице и вошла в комнату.

Пять или шесть студентов сидели там кто Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК на колченогой табуретке, кто на подоконнике, на непрочной, как паутина, кровати. При виде Катерины они залаяли и замяукали, но она, ничуть не смутясь, проговорила:

Я принесла рубашки.

Эй, Франсуа, сколько же у тебя рубашек? – спросил косоглазый тощий студент.

Две в стирке, третья на мне, – с гордостью ответил хозяин комнаты.

Отдай мне одну. Уж не помню, когда пришлось мне облачиться в чистую рубаху, – сказал косоглазый.

Ну уж нет! – крикнула Катерина. – Ни одной рубашки я вам не отдам, пока не заплатите за мой труд. И прошлый раз я стирала в долг, а больше не согласпа. И не уйду, пока не увижу Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК моих денежек.

С этими словами она положила узелок на пол и села на него.

– Придется тебе сидеть, пока не состаришься, – сказал один из студентов.

А хозяин комнаты и рубашек принялся уговаривать:

Ну какая же ты упрямая! Ты знаешь, который час? Вот скоро погасят огни, и, когда пойдешь в темноте домой, наткнешься на ночной дозор, и тебя заберут.

Не уйду, – сказала Катерина.

В это время ударил колокол Сорбонны.

– Дождалась, дура, – лениво сказал косоглазый. – Вот возьмем тебя за шиворот и выкинем в окно.

Катерина не ответила, и несколько времени все сидели молча. Вдруг студент, сидевший на подоконнике, воскликнул:



– Смотрите-ка, луна Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК вышла из-за туч. Полная луна, и светло как днем. Не пойти ли нам прогуляться в город и попугать толстопузых лавочников?

– Идем, идем! – закричали все.

А хозяин комнаты предложил:

– Идем с нами, Катерина. Что тебе сидеть здесь одной?

Катерина молча встала, подняла свой узел, положила его себе на голову и вместе со всеми вышла на улицу.

Желтые огоньки в окнах погасли, но луна посеребрила влажные булыжники мостовой и резко выделила черные тени домов. То ясно освещенные лунным светом, то исчезающие во мраке, проходили мимо них запоздавшие прохожие. Но на площади Мобер встретилась им знакомая компания.

Вы куда?

Пугать Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК толстопузых лавочников.

И мы с вами!

Через мост мимо Малого Шатлэ, со стенами такими толстыми, что по ним может проехать повозка. Малое Шатлэ – настоящая мышеловка.

Я слышал, что там есть двойная винтовая лестница, так хитро устроенная, что те, кто поднимается по одной из них, не видят тех, кто спускается по другой.

Нам бы такую, скрываться от заимодавцев!

От меня не скроешься, – сердито говорит Катерина и крепче придерживает свой узелок.

Ей отвечают смехом.

Теперь они идут по старому городу мимо длинного угрюмого здания Отель-дье. Темно, тихо.

Зловонный ветер дует с востока, с пригорка Ханжей, городской свалки за собором Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК Парижской богоматери. Франсуа, владелец трех рубашек, зажимает нос, и снова все смеются. Останавливаются на площади перед собором.

Смотри, Катерина, ты нас не ставишь ни в грош, а вот видишь, даже на портале собора изображена наша мудрость.

И вечно вы врете. Это статуи святых мучениц.

Какая же ты дура! Это мы мученики, что приходится нам преодолеть семь свободных искусств, семь наук, пока достигнем мы благополучия. Смотри: эта старая женщина с розгой – это Грамматика. Сколько розог переломали учителя о наш зад! А это вот Риторика с книгой стихов.

Ну уж ваши стихи! Одно сквернословие.

Много ты понимаешь! Смотри: это Арифметика считает по пальцам Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК.

По пальцам и я могу.

О замолчи, презренная! Не хочешь смотреть, пойдем дальше.

Возле моста Собора Богоматери студенты останавливаются и совещаются.

Не лучше ли пройти набережной, а потом через Большой мост и мимо Бойни сразу выйдем на Большую улицу Сен-Дени, чем бродить по закоулкам, где ничего веселого нету?

Около Бойни сторожит дозор лавочников и помешает нам пробраться в город.

Разве нет у нас крепких кулаков? Разве нет кинжалов за поясом?

Идем напугаем толстопузых!

Идем!

На углу Большого моста четырехугольная башня дворца Палэ с часами, единственными во всем Париже, и время на них близится к полночи Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК.

Тихо. Только слышен плеск воды в реке и топот шагов по мосту. Фонарь, подвешенный к изображению богоматери у ворот Большого Шатлэ, в двух шагах от Старой бойни, багровым светом освещает ватагу студентов, выходящих из-под длинного свода, и дозор благоразумно отступает в сторону, в тень стены.

Большая улица Сен-Дени. Горожане спят за запертыми дверями, за закрытыми ставнями в своих высоких кроватях, на пышных соломенных тюфяках. Под навесами домов, на пустых прилавках, на каменных ступенях спят бедняки. Ни одного прохожего.

Студенты опять останавливаются. Пугать некого, драться не с кем. Не возвращаться же домой, не повеселившись.

На ржавом крюке над Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК их головами висит вывеска. Завив кольцами высоко поднятый хвост, прекрасная русалка серебряно блестит под луной – русалка Мелюзина из волшебной сказки. Крюк скрипит, Мелюзина качается, будто заманивает студентов, просит: возьмите меня с собой, мне скучно на пустой улице.

– Друзья, заберем ее с собой. Что ей торчать здесь на пустой улице?

Тотчас один из студентов, согнувшись, упирается ладонями в колени, а другой взбирается ему на спину и снимает Мелюзину с крюка. Протянутые вверх руки подхватывают ее.

Вблизи она не так уж красива. Краска кое-где отлупилась, чешуя на хвосте поосыпалась. Что с ней делать?

– А не устроить ли нам свадьбу, веселый свадебный пир? Вон Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК напротив подходящий жених.

Напротив над бакалейной лавкой вывеска «Три восточных короля», и один из них молодой и в короне. Это будет жених, а другие два – свадебные гости.

Друзья, снимай короля с крюка!

Братцы, да он косой! Один глаз на нас, а другой за угол. Годится ли в женихи?

Очень годится, – говорит белокурый студент-немец. – Очень хороший жених для мадам Мелюзины.

Смотрите, как он похож на нашего Онкэна, – удивленно говорит совсем молоденький студентик. – Такое же страшилище.

Тотчас косоглазый студент награждает его звонкой затрещиной.

Все хохочут и кричат:

– Хороший, хороший жених!

Но что за пир, когда нет угощения? Студенты Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК рыщут по соседним улицам, тащат пестрые деревянные картины, раскрашенные статуи, железные изображения– «Две семги», «Теленок», «Пеликан», «Два барана», «Петух». Пригодится «Котел» с улицы Старомонетной. Не поленились притащить и дребезжащую «Решетку для жарения» с улицы Штукатуров.

С песнями, с плясками тащат свою добычу.

Петуха в котел – о-ля-ля!

Теленка на стол – о-ля-ля!

Баран на решетке.

Нету, нету, нету соли ни щепотки,

О-ля-ля!

– Пляши, Мелюзина! Пляши, Катерина! Пляши, косоглазый король!

За запертыми дверями, за закрытыми ставнями мирные горожане просыпаются в ужасе.

– Бургундцы ворвались в Париж, всех нас зарежут!

Сквозь тонкие стены домов проникают дикие вопли Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК:

– Пляши, пляши! Не жалей пятки!

Это всего только студенты веселятся. И успокоенные горожане, надвинув поглубже ночной колпак, снова забираются под одеяло.

Но уже королевский дозор, услышав непривычный шум, спешит верхом и пешком забрать ночных гуляк.

Не тут-то было!

Студенты дозору не подвластны, парижскому прево не подсудны, в тюрьму Шатлэ их не посадишь. Судить и наказывать их может только университет. И, схватив Мелюзину за хвост, студент с треском опускает ее на голову сержанту, и Мелюзина рассыпается в щепки, а сержант вытаскивает меч из ножен, и начинается битва.

Все идет в ход – кулаки, кинжалы, и котел, и решетка для жарения, и два Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК барана, и три короля. Не проходит и нескольких минут – улица усеяна обломками вывесок, раненого сержанта ведут к цирюльнику перевязать голову, студент-немец убит, остальные разбежались.

Королевский дозор с торжеством уводит взятую в плен Катерину.

Дураки вы все! – рыдает она. – Какое вы имеете право? Я на студентов стираю. Я на вас жаловаться буду.

Сама ты дура, – утешает ее сержант. – Из-за пустяков слезы роняешь. Переночуешь одну ночку в тюрьме, ничего с тобой не сделается.

И действительно, ничего с ней не сделалось. На другое утро шла она к себе домой, на улицу Прачек, одну руку уперев в бок, а другой поддерживая Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК на голове смятый и испачканный узелок с двумя рубашками.

Но для других, совсем незнакомых ей людей эта развеселая шутка кончилась очень печально.


documentatgtgab.html
documentatgtnkj.html
documentatgtuur.html
documentatgucez.html
documentatgujph.html
Документ Глава четвертая БИТВА ВЫВЕСОК